Цунами соблазнов  - Морин Чайлд

– Я домработница, а не няня, – снова сказала Элис.

– Не надо повторяться, – угрожающе произнес Этан.

– Я поужинаю на кухне. Так как я не знала, что вы приведете компанию, я ничего не приготовила. Я не няня и не повар.

– Вы больше вообще здесь никто, – отрезал Этан.

– Прошу прощения? – заблеяла Элис.

– Вы уволены, – ответил Этан. – Собирайте вещи и уходите.

– Что? – Сэди не верила своим ушам. Многие годы она думала, что он должен избавиться от Элис. Но не сегодня.

Элис напряглась и свирепо уставилась на Этана.

– Я не вижу причин для увольнения.

Этан подошел к ней ближе, и женщина попятилась. Он ничем ей не угрожал, но явно впервые показал с ней характер.

– Это мой дом, Элис, а не ваш, – сказал он. – По-моему, вы забыли об этом.

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Вы меня понимаете. – Этан навис над ней, используя свой рост для устрашения. – Вы считаете, я не заметил, как вы объявили себя королевой моего дома?

Глаза женщины метались из стороны в сторону, она словно пыталась спастись.

– Я долго терпел вас, но теперь я сыт вами по горло, – произнес Этан. – Это мой дом. И я буду управлять им так, как захочу. И найму более подходящую домработницу.

Элис что-то пробормотала, и Сэди опустила голову, скрывая улыбку. Ей действительно следовало этому радоваться. Кроме того, в гневе Этан был поразительно сексуален.

– Вы должны мне зарплату за две недели, – рявкнула Элис.

– Вы ее получите. – Этан пошел к лестнице, уже отмахиваясь от этой ужасной женщины. – Оставьте свой адрес на столе у входной двери, и я пришлю вам чек и выходное пособие.

– Выходное пособие? – тихо спросила Сэди, идя за ним.

– Это того стоит, – пробормотал Этан.

– Вот видите? – возразила Сэди. – Я же говорила, что не все перемены плохие.

Он мельком взглянул на нее.

– Я это запомню.

К тому времени, когда они устроили ребенка в комнате, Этан еще сильнее разволновался.

– Адский денек, – тихо сказал он.

– Да, тяжелый, – согласилась Сэди. – По крайней мере, детская комната красивая. Ну, если не считать бежевых стен. Их надо выкрасить в девчачий цвет.

– Я не собираюсь делать розовую комнату в своем доме, – возразил он, идя вниз по лестнице позади нее. От желания прикоснуться к Сэди у него чесались руки. Он жаждал раздеть ее и изучить каждый дюйм ее соблазнительного тела.

– Я не имела в виду розовый цвет. – Она посмотрела на него через плечо. – Разве вы сексист?

– Я не знал, что выбор цвета и сексизм как-то связаны.

– Ну, теперь знаете. Я думала о веселом и ярком цвете. Может быть, бледно-желтый или нежно-зеленый. Надо повесить на стены фотографии или рисунки, чтобы стимулировать девочку.

Он фыркнул от смеха.

– То, как она орала, когда вы клали ее в кроватку, говорит мне о том, что она достаточно стимулирована.

У основания лестницы Сэди остановилась и повернулась к нему лицом.

– Она потеряла родителей и оказалась у людей, которых она не знает. Ее заставили спать в незнакомой ей кровати. Неизвестно, как бы мы с вами вели себя на ее месте.

Она посмотрела на него, сверкая глазами. Этан поднял руки.

– Вы правы.

Она удивилась.

– Вот это да! Я права? Сегодня по-настоящему знаменательный день.

– Опять язвите. Но мне начинает нравиться.

Она улыбнулась и прошагала по вестибюлю к столу, на котором была массивная хрустальная ваза с осенними цветами. Она взяла коричневую кожаную сумку и надела ее на плечо.

Он с подозрением посмотрел на нее.

– Что вы делаете?

– Возвращаюсь домой.

Этан запаниковал и посмотрел на радионяню в руке, как на гранату.

– Вы не можете уехать.

– Конечно, я могу. – Она одарила его улыбкой, от которой у него екнуло сердце. – Не волнуйтесь, я проработаю на вас еще один месяц, помните? До завтра!

Он мельком взглянул на лестницу у себя за спиной. На втором этаже был ребенок, и, если Сэди уйдет, ему придется в одиночку заботиться об Эмме.

– Стойте.

– Я стою, – ответила она.

– Нет, – проворчал он. – Останьтесь здесь.

Она как-то странно посмотрела на него.

– Вы хотите, чтобы я осталась на ночь?

– Нет, – уточнил он. – Я хочу, чтобы вы остались здесь, в доме со мной. Помогите мне с ребенком, пока я не найду няню или не найму домработницу, у которой нет аллергии на детей.

Она тихо рассмеялась и резко покачала головой, отчего ее белокурые кудри разметались вокруг лица.

– Ни за что.

Ее смех был одновременно чувственным и раздражающим. Сэди собиралась уйти и оставить его одного с ребенком. Этан этого не хотел.

Сегодня он уже заплатил Сэди кругленькую сумму, чтобы заставить ее остаться еще на месяц. Вероятно, ему надо предложить ей еще денег.

– Я заплачу вам еще пятьдесят тысяч долларов, если вы временно переедете ко мне.

– Что? – Она уставилась на него.

– Вы меня поняли. – По крайней мере, он ее заинтересовал.

– Поняла. Я просто не верю своим ушам.

– Поверьте. – Этан резко пригладил волосы рукой. – Послушайте, мне не нравится это признавать, но я не знаю, что делать с этим ребенком. Мне нужна ваша помощь.

Запрокинув голову, она едва заметно улыбнулась.

– Неужели на этом свете есть то, с чем не справится Этан Харт?

Он нахмурился, глядя на нее.

– И вы довольны?

– Немного.

Этан чувствовал себя не в своей тарелке. Он привык постоянно контролировать ситуацию. Но ребенок заставил его признаваться в собственных недостатках.

– Хорошо. Мне нужна ваша помощь. Что вы скажете?

Она наклонила голову набок.

– За пятьдесят тысяч долларов я, конечно, останусь.

Довольный, но немного удивленный тем, что она так легко сдалась, он задался вопросом, почему ее так мотивируют деньги.

– Я не ожидал, что вы так быстро согласитесь. Не подозревал, что вы наемник.

Она рассмеялась.

– Наемник? Вероятно, вам, миллиардерам, невдомек, что нам, простым смертным, надо выплачивать ипотеку, покупать бензин и еду. Эти деньги помогут мне выиграть время, пока я ищу новую работу. Купить новую машину и, возможно, починить сантехнику в моей квартире.